Облако тегов:
Антисобытие года, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Новосибирск, новые члены АТК, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Серебренников, следственный комитет, Событие года, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театральные СМИ, фестиваль, хроника, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Театральная критика

Послание Сергею Курехину от Сергея Курехина

В Москве и Петербурге прошли концерты, включенные в фестиваль "Страсти по Сергею". От официоза и пафоса -- в контексте курехинского творчества столь двусмысленных -- этот масштабный полугодовой марафон из десятков разнородных мероприятий отчасти спасает то, что его организаторами и участниками являются друзья Сергея Курехина. В отличие от претенциозного названия всего цикла одна из программ была озаглавлена коротко и точно -- "Без Курехина". Однако по доле присутствия самого Курехина на сцене -- его подхода к музыке и его музыки как таковой -- эта акция превзошла все предыдущие.

КоммерсантЪ / Вторник 12 ноября 1996
Американец Кешаван Маслак (саксофон, кларнет, гитара) и японец Отомо Йошихиде (вертушки, клавишные) вместе никогда не играли, но с Сергеем Курехиным выступали оба. Свидетельствами партнерства стали компакт-диски Курехина и Маслака, а также неосуществленные проекты. Дуэт Маслака--Йошихиде явно стремился расшириться до трио, подразумевая незримое участие того, кому была посвящена программа. Камерная "Поп-механика" -- как назвал дуэт Николай Дмитриев, один из организаторов фестиваля и ведущий концертов -- включала все признаки большой, следуя правилам эпатажа и иронии. Зрительный ряд составляли раскрытый для Сергея рояль с аккуратно развешенными цветными майками, виниловые пластинки, которые расшвырял по сцене Отомо Йошихиде, эквилибр Маслака с гитарой, сопровождаемый в самые откровенные моменты выкриком "fuck". План звуковой -- шумы, скрипы и скрежеты, извлеченные из семплеров, микрофонов и проигрывателей, истошные всхлипы гитары и саксофона, фрагменты из классики и музыки самого Курехина. Удовлетворяющая гибким законам фри-джаза огромная композиция Йошихиде--Маслака воскресила имя Джона Кейджа ("Дорогой Джон Кейдж, когда увидишь Сергея, пожалуйста, передай ему привет", -- так расшифровывалась программа диска, выпущенного Маслаком уже после смерти Курехина на основанной последним фирме "Длинные руки"). Как у Кейджа, коллажи строились из урбанистических шумов, отрывков записей и собственно импровизаций. Повод музицирования был продекларирован фрагментом Kyrie eleison.
Кешаван Маслак -- как явствует из его фамилии, потомок выходцев с Украины -- после шести лет активных поисков нашел в лице Курехина адекватного себе партнера. С конца 80-х Маслак несколько раз выступал на наших джаз-фестивалях, переиграл со многими нашими джазменами и даже выпустил с ними две пластинки. Это высокообразованный музыкант, прошедший бигбэндовую школу и многому научившийся в нью-йоркском даунтауне -- от инструментального театра Джона Кейджа до минимализма Филипа Гласса и мультимедиа Лори Андерсон. В качестве тенор-саксофониста американский украинец долго работал в Европе с первооткрывателями американского и европейского фри-джаза (от Санни Меррея до Хана Беннинка), идеально вписался и в полистилистическую концепцию курехинской поп-механики.
То же можно сказать и об Отомо Йошихиде -- представителе той школы новой импровизационной музыки, которую называют и аудио-артом, и "шумовой" музыкой. В принципе ready-made, готовый звуковой объект, в частности, грампластинка вместо музыкального инструмента -- это не ново: в своем "Воображаемом ландшафте #5" (1952) Джон Кейдж предписывал использовать аж 42 граммофонных диска. Не новость и включение "готовой" музыки в шумовой контекст -- от "Фонтана микс" Кейджа и "Гимнов" Штокхаузена до индустриального рока германцев из Einsturzende Neubauten. Принципиальная новизна того, что делает Йошихиде -- автор музыки к успешным фильмам, -- в технологичности его импровизаций. Когда Отомо-сан эффектным жестом разбрасывает вокруг себя грампластинки (по Адорно -- черный сургуч бессмертия), синхронно сопровождая момент их столкновения со сценой или роялем соответствующим звуком синтезатора (на котором играет ногами), а Маслак стегает полотенцем лежащую перед ним электрогитару, публика растерянно оглядывается -- ей кажется, будто микрофонизирован даже пол у нее под ногами.
В этот раз ни москвичи, ни петербуржцы не услышали Маслака--мастера тенор-саксофона в духе Гато Барбиери ("Последнее танго в Париже"; в этом отношении у Маслака -- общая школа с Владимиром Чекасиным), но его певучую украинскую душу можно было почувствовать в том, как мастерски пристраивал он "шумовой" спектр к цитатам Йошихиде -- будь то гимн СССР, русский лубок Лидии Руслановой, классические гармонии "Реквиема" Форе или сентиментальный пафос романса "Дорогой длинною", записанного Маслаком и Курехиным в той гротесковой манере, которая, казалось, должна была умереть вместе с самим Курехиным и его поп-механикой. Но не умерла.
Московский концерт прошел при аншлаге, в постоянном диалоге с публикой; чинный петербургский зал с красными креслами был полупуст вначале и в течение концерта приближался к пустоте полной. В Москве на первом плане оказалось представление; в Петербурге исход утомленных слушателей стал одним из компонентов новой композиции, почти лишенной сценического визуального сюжета и тем самым выводящей на первый план качество звучания. Разделенная в Москве на две части, в Петербурге композиция не прервалась для передышки, агрессивно нападая на слушателя, тираня и мучая (что может быть страшнее звука иглы, яростно царапающей виниловую пластинку?). Московский концерт закончился истеричной "песней той, что в даль летит звеня", петербургский -- хоровой гармонией (во втором концерте выступил также петербургский дуэт Вячеслава Гайворонского и Владимира Волкова, участвовавших когда-то в "Поп-механике"). Вместе же единая московско-петербургская композиция воспроизвела схему достижения катарсиса -- схему настолько привычную, что ее впору пародировать.
Облако тегов:
Антисобытие года, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Новосибирск, новые члены АТК, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Серебренников, следственный комитет, Событие года, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театральные СМИ, фестиваль, хроника, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера Антисобытие года, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Новосибирск, новые члены АТК, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Серебренников, следственный комитет, Событие года, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театральные СМИ, фестиваль, хроника, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Ассоциация музыкальных критиков