Облако тегов:
Антисобытие года, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, Золотая маска, Кирилл Серебренников, Координационная группа, лекция, Минкульт, новые члены АТК, письмо, премия АТК, Седьмая студия, следственный комитет, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, фестиваль, хроника, Человек года, чувства верующих, экспертиза
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Театральная критика

Полубог спел средь грома

Любовный жар в крови, страстное томление в голосе: тенор Йонас Кауфман заехал в Петербург и спел Вагнера на фестивале «Звезды белых ночей»

Ведомости / Четверг 30 июня 2011
В самый разгар европейского фестивального лета Валерию Гергиеву удалось вызвонить баварского тенора, ставшего ныне номером один в мире. Йонас Кауфман поет везде, от Мюнхена и Байройта до Парижа и Нью-Йорка, дает лидерабенды, параллельно выступает на оперных сценах. Кудрявый красавец-брюнет средиземноморского типа со всегдашней легкой небритостью (к вечеру она явственно усиливается), Кауфман очаровывает зал при первом появлении. Харизма харизмой, но Кауфман берет даже не ею, а трогательно-детской незащищенностью взгляда и аполлоническим совершенством черт. А когда запоет — тут уж, как говорится, «все женщины — твои». Его голос редкостной красоты. А репертуар — редкостной широты. Пожалуй, никто другой не может петь подряд то Верди, то Вагнера, Кауфман же умудряется переключаться с итальянской экспрессии на вагнеровскую сталь, и все у него отлично получается.
В Петербурге исполнили «Валькирию» — не всю, а только первый акт, с изумительным любовным дуэтом Зигмунда и Зиглинды, исполненным нежности и весенней надежды, и фрагменты второго акта. Зигмунд прозвучал у Кауфмана неожиданно лирично и очень человечно. Что особенно в нем подкупает — это свобода и гибкость фразировки, звучный, но мягкий тембр и точный выбор верного аффекта в каждый миг музыкального времени. Его эмоции изменчивы, подвижны, абсолютно адекватны музыке. Он дышит и думает как Зигмунд — полубог, мужчина, любовник и брат, обреченный на смерть отцом. Ему отчаянно сочувствуешь.
Кауфман приехал вместе с сопрано Аней Кампе. Культурная певица европейского плана, голос звучит хорошо, манеры естественны, ансамбль с Кауфманом сложился прекрасный. И Хундинг — Михаил Петренко — отлично вписался: вволю поиграл нутряным бездонным басом, сумрачно взирая то на зал, то на партнеров. Ничуть не снижая планки вокала, выступила Лариса Гоголевская — одна из лучших Брунгильд Мариинского театра. А вот оркестр подкачал. Много раз играли музыканты «Валькирию», а вот поди ж ты: не успели вспомнить, нащупать атмосферу вагнеровской музыки, играли грубо, топорно. Гергиев нагнетал звучность изо всей мочи, дирижировал наотмашь, словно дрова рубил. Как ни старался Кауфман, возвышая голос, а все равно — разве тромбоны с тубой перекричишь? Кауфману пришлось ухо зажимать, сам себя не слышал.
Приезд тенора мирового масштаба, конечно, стал сенсацией. Но музыкальным свершением концерт с его участием не стал. И певец в том нисколечко не виноват.