Облако тегов:
Антисобытие года, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, заявление, Золотая маска, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, Новосибирск, новые члены АТК, Открытое письмо, письмо, премия АТК, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, следственный комитет, Событие года, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театральные СМИ, фестиваль, хроника, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, режиссера
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Театральная критика

Не повар -- не вор

В Москве прошли гастроли бэнда Майкла Наймана

Русский Телеграф / Суббота 06 июня 1998
Сказать, что гастроли любимейшего в России Майкла Наймана прошли успешно -- значит ничего не сказать. Успех -- нечеловеческие овации и чуть ли не танцы в Большом зале консерватории, слезы девушек и мужественная радость их спутников -- все это вошло в забористое шоу под названием "Гастроли "Найман-бэнда"" едва ли не главным блюдом. Два концерта собрали каждый более двух тысяч слушателей, при том что мест в БЗК -- 1700. Состав публики удивлял редкостным демократизмом. Здесь были и стар и млад, и новые "сотовые", и богема. От профессионалов (при том что официальная консерваторская ложа была демонстративно пуста) до олухов царя небесного.
Широкая популярность для Майкла Наймана -- автора знаменитых саундтреков к знаменитым фильмам Гринуэя и целого корпуса академических работ -- неотъемлемая часть его авторской стратегии. Он любит позировать, раздавать автографы и без ложной скромности замечает: "Я -- не культовый, культ -- это широкая известность в узких кругах и узкая популярность -- в широких. Я просто самый продаваемый в мире академический композитор". И это легкое кокетство (по крайней мере, с Филипом Глассом они идут ноздря в ноздрю) в сочетании с профессорским обликом срабатывает отменно. Публика, которая могла бы и побрезговать блюдом, если бы оно подавалось в качестве рока или, наоборот, академизма, в большинстве своем осталась заворожена. Найман -- хитрющий композитор, его музыка умна, хорошо сложена и кичится своим знанием музыкальных архивов, умеет обаять и поклонников всевозможных авангардов-альтернатив, и любителей коммерческих или высоких жанров. А потому некоторое несоответствие сомнительной по академическим стандартам игры "Найман-бэнда" и общественного восторга, которое отметили немногие оставшиеся в эти вечера трезвыми головы, -- вовсе не сюрприз. Несоответствия живут внутри самого проекта, и они, кажется, вполне осознаны.
Бэнд Майкла Наймана -- рок-группа (хоть и без ударных инструментов), и это следует понимать буквально. А то, что перед ней открываются двери авторитетных мировых сцен, -- отменный наймановский трюк сродни тем, что обнаруживаются в его партитурах. Музыка Наймана отлично вписывается в каноны коммерческой буржуазной культуры. Она в высшей степени комфортна, чувствительна, масштабна, коммуникабельна и, слегка высокомерно заигрывая со стереотипами восприятия, вовремя хватает сама себя за рукав. Если пресловутый минимализм, к которому Наймана причисляют во многом за дело, славится концептуально божественными длиннотами, то вещи Наймана -- сущие миниатюры. Восьмиминутный Memorial из гринуэевского "Повара, вора, его жены и ее любовника" (первоначально -- часть реквиема памяти погибших в Эйзеле английских болельщиков) длится эти самые восемь минут только потому, что осознает себя как поп-шлягер. Миниатюры Наймана -- нечто виртуозно среднее: между натуральным гобеленом с охотниками и его поп-артовской утилизацией. А воля и агрессия, с которыми подается насыщенная выжимка из гобеленных призраков, банальных мелодий и музейного материала культуры, обезоруживают противников буржуазности и скучающих при виде коммерческого искусства. У бэнда, вполне чудовищно играющего на вид библиотечную, в записи -- изящную музыку Наймана, манеры откровенно левацкие. Состав, рассаженный ступеньками, как джазовый оркестр, не просто совсем не умеет играть вместе, чисто и "по тем", но совершенно не считает нужным учиться. Или страдать от комплекса неполноценности. От такой наглости академичные контексты предпочитают вежливо и опасливо посторониться. Грядущий хам свободно владеет языком профессиональной культуры, но при этом топочет, колотит по клавишам и киксует как отъявленный любитель. И кажется, под финал духовики и скрипачи не то джаз-банда, не то клезмерского оркестрика бегут к Найману с криками: "Тятя, тятя, наши сети притащили еще пару тысяч слушателей!"
А тятя и рад. Косолапый могучий бэнд -- такой же персонаж авторского наймановского проекта, как музыка к фильмам Гринуэя, к югославским или футбольным трагедиям и широкая популярность. Тятя, сочинивший для фильма "Зед и два ноля" пьесу "Знание всех ходов и выходов", явно представляет себе все последствия появления на сцене бэнда-персонажа. Сам он садится спиной к залу, как суфлер перед манерной, но талантливой актрисой. Актриса явно вульгарна и перевирает текст, но суфлеру-режиссеру это и нужно. Он знает: музыкальная культура -- это планетарных масштабов свалка изящных или брутальных, заигранных или никем так и не затребованных предметов, систематизировав которые можно сплясать хорошего гопака. Предметный указатель уже и сам по себе будет танцем. Точность перечня, фактура, ссылки и детали заметны и важны в записи. А живое исполнение обескураживает грубой и поверхностной работой. Но расхождения между исполнительской манерой и музыкальным материалом фиктивны. И в том и в другом случае Найман работает с тем уровнем образования, памяти, эмоций слушателя, с каким тот в предложенных обстоятельствах в состоянии справиться. Оскорбиться или впасть в экстаз -- дело конкретного слушателя. Композитор, сочинивший прыгучую, перселлообразную хитовую тему "Смотреть за овцами -- дело пастуха" (главный номер из "Контракта рисовальщика"), дает возможность профессионалам быть задетыми до глубины души, а так называемому "обыкновенному" слушателю, привыкшему быстро читать, много видеть, настаивать на своем и разводить дипломатию, -- расслабиться и получить удовольствие.
Конечно, сольное авторское исполнение пьес из мелодраматичного "Пианино" рискует перейти всякие границы (в общем гуле Найман стильно бряцает по басам, а соло поражает деревянным звуком и приблизительной техникой). Но и на это у хитрого сочинителя быстротечной музыки для компьютерной игры "Энеми Зироу" ("Японцы предложили такой гонорар, что я не мог отказаться!" -- бравирует Найман), разлюли-малинной пьесы "Танцы воды" и виртуозной, жесткой по композиторской технике и концепции музыки "Книги Просперо" есть грамотный ответ: "А как вы хотите чтобы звучал шотландский народный наигрыш?"
Самое громкое событие московского музыкального сезона, сделанное задорно и с трагикомическими эффектами, венчало культовое Memorial (не путать со "Скачком во времени" из фильма "Зед и два ноля", сыгранным на бис в первый вечер в ответ на мольбы аудитории о "Поминовении": "Скачок" приходится ему прототипом). Элегантный похоронный марш, звучащий в "Поваре, воре..." гротескно и пронзительно одновременно, в живом виде заставил вспомнить о том, что Найман сочинил его, впечатлившись реальной трагедией. Марш показался диковатым, композитор, работающий то для Гринуэя, то для Джейн Кемпион, то к открытию скоростной магистрали Париж--Лилль (грациозное полотно "MGV" для симфонического оркестра с "Найман-бэндом"), то к футбольному чемпионату мира 1996 года (официальный гимн чемпионата), -- настоящим мастером, а событие -- важным. По крайней мере, в том смысле, что общепринятый реестр массовых и некоммерческих, элитарных и демократических московских мероприятий (со всеми принципами, по которым происходит их уложение в тот или иной параграф) вполне поддается корректировке.
Облако тегов:
Антисобытие года, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, заявление, Золотая маска, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, Новосибирск, новые члены АТК, Открытое письмо, письмо, премия АТК, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, следственный комитет, Событие года, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театральные СМИ, фестиваль, хроника, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, режиссера Антисобытие года, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, заявление, Золотая маска, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, Новосибирск, новые члены АТК, Открытое письмо, письмо, премия АТК, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, следственный комитет, Событие года, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театральные СМИ, фестиваль, хроника, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, режиссера
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Ассоциация музыкальных критиков