Облако тегов:
IATC, Антисобытие года, АРТ Корпорейшн, Беларусь, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, Дальний Восток, Евгений Миронов, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Константин Райкин, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Никитинский театр, Новосибирск, новые члены АТК, Ольга Любимова, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Реальный театр, режиссер, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Сергей Левицкий, Серебренников, следственный комитет, Событие года, солидарность, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театр Современник, ТЕАТР., Театральная Школа Константина Райкина, театральные СМИ, ТЮЗ, Украина, фестиваль, хроника, цензура, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера, Якутия
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Театральная критика

Город-герой Петербург

В балетной афише «Золотой маски»

Ведомости / Четверг 24 февраля 2000
В нынешние выходные стартует фестиваль «Золотая маска», традиционно предшествующий церемонии вручения национальной профессиональной премии в области театра.
Одна из заметных тенденций последних лет: музыкальная часть афиши (опера, балет, современный танец) привлекает к себе едва ли не более пристальное внимание публики, чем драматическая.
Правда, не всегда есть возможность привезти балетный спектакль, номинированный на премию, в Москву. Так случилось в этом году со «Спящей красавицей» из Мариинки — наиболее любознательным зрителям пришлось отправиться вместе с жюри «Маски» в Петербург. Это обидно: в нынешнем году балетная часть фестиваля совсем не богата. Отсутствуют даже Борис Эйфман и Евгений Панфилов, в течение пяти лет бесперебойно поставлявшие на фестиваль произведения, вызывавшие обширное разлитие желчи у столичных критиков.Cкандала в благородном семействе на сей раз не предвидится: на главный приз претендуют академические монстры — Большой и Мариинский. Между ними затесался спектакль Красноярского театра оперы и балета «Кармина Бурана, или Колесо Фортуны» — мистерия для солистов, хора, оркестра и балета, созданная учеником Леонида Якобсона петербуржцем Александром Полубенцевым и лишь с большой натяжкой вписывающаяся в номинацию классического балета.
Большой театр, активно ищущий в последние годы новый имидж, в минувшем сезоне с сенсационным успехом открыл для себя Баланчина («Блудный сын», поставленный в 1990 г. и мгновенно выпавший из репертуара, и премьера 1997 г., «Моцартиана», в которой занято семь артистов труппы, — не в счет). Два изощренно сложных балета — постимперская роскошная «Симфония до мажор» и чернобелый конструктивистский «Агон» — были освоены кавалерийским наскоком — в течение месяца. Артисты лучились счастьем и благородным порывом проникнуться стилем прихотливых баланчинских изысков. Но премьерный лоск московского Баланчина за год несколько полинял: спектакль появился в афише сезона лишь пять раз, и даже в мартовской программе «Маски» он повторен не будет.
Мариинская «Спящая красавица» за то же время очнулась ото сна, казавшегося летаргическим. Красивая мечта об аутентичности, пробившаяся в наш балет благодаря танцовщику и хореографу Сергею Вихареву, поначалу не встретила единодушного восторга. Труппа Мариинского театра с явным неудовольствием переучивала огромный четырехчасовой спектакль, осваивала усложненные хореографические детали, отказываясь от эффектных трюков, смиряла себя неудобными музыкальными темпами и тяжелыми пышными костюмами. Теоретики тоже не верили в идею возвращения балета на 100 лет назад. Сомнения вызывали и подлинность хранящихся в Гарвардской библиотеке записей, датированных началом нынешнего века (после революции их вывез на Запад режиссер Николай Сергеев, работавший с Петипа), и возможность воспроизведения старых технологий — от профессионально-балетных до постановки света, кроя костюмов, изготовления сценических украшений.
Но на премьере реконструированная «Спящая красавица» изумила не только зрителей, но и своих принцев Дезире.
Мариус Петипа — создатель высокодуховного балета, очищенного от бессмысленной роскоши и неподвластного вкусам придворного театра, — оказался трубадуром императорского театра, потрясающего своей барочной избыточностью.
Скромный узор крестьянского вальса «Спящей красавицы» выводят 72 участника, превращая четыре элементарных движения из программы 3-го класса в апофеоз классического танца.
В Петербурге перед жюри фестиваля предстал спектакль, за год избавившийся и от мании величия, и от комплекса неполноценности. Кордебалет и корифеи с привычной петербургской сосредоточенностью четко «проговаривают» текст Петипа. Солисты демонстрируют разную степень любви к нему. Игорь Колб, впервые в фестивальном спектакле вышедший в партии принца Дезире, осваивает шляпу и трость и демонстрирует потрясающей красоты стопы. Светлана Захарова, на премьере бойко задиравшая ноги за уши и раздиравшаяся в прыжках-шпагатах, стала похожа на барышню из хорошей семьи.
Алексей Ратманский после «Каприччио», «Прелестей маньеризма» и «Снов о Японии», поставленных для артистов Большого театра, превратился в самую желанную фигуру российского балета. Вечер его одноактных спектаклей для Мариинского театра — интеллектуально-шутливые игры «Поцелуй феи», «Средний дуэт» и «Поэма экстаза» — вскоре после премьеры был показан в Москве. Но в многочасовом концерте на сцене Кремлевского дворца европейски изощренный танец без сюжетных излишеств утонул среди «Корсара», «Лебединого озера» и «Кармен». «Золотая маска» дает возможность оценить «концентрированного Ратманского». И провоцирует расставить по ранжиру, кто лучше: Петипа, Баланчин или Ратманский.
Облако тегов:
IATC, Антисобытие года, АРТ Корпорейшн, Беларусь, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, Дальний Восток, Евгений Миронов, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Константин Райкин, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Никитинский театр, Новосибирск, новые члены АТК, Ольга Любимова, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Реальный театр, режиссер, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Сергей Левицкий, Серебренников, следственный комитет, Событие года, солидарность, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театр Современник, ТЕАТР., Театральная Школа Константина Райкина, театральные СМИ, ТЮЗ, Украина, фестиваль, хроника, цензура, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера, Якутия IATC, Антисобытие года, АРТ Корпорейшн, Беларусь, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, Дальний Восток, Евгений Миронов, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Константин Райкин, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Никитинский театр, Новосибирск, новые члены АТК, Ольга Любимова, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Реальный театр, режиссер, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Сергей Левицкий, Серебренников, следственный комитет, Событие года, солидарность, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театр Современник, ТЕАТР., Театральная Школа Константина Райкина, театральные СМИ, ТЮЗ, Украина, фестиваль, хроника, цензура, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера, Якутия
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Ассоциация музыкальных критиков