Облако тегов:
IATC, Антисобытие года, АРТ Корпорейшн, Беларусь, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, Дальний Восток, Евгений Миронов, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Константин Райкин, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Никитинский театр, Новосибирск, новые члены АТК, Ольга Любимова, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Реальный театр, режиссер, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Сергей Левицкий, Серебренников, следственный комитет, Событие года, солидарность, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театр Современник, ТЕАТР., Театральная Школа Константина Райкина, театральные СМИ, ТЮЗ, Украина, фестиваль, хроника, цензура, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера, Якутия
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Театральная критика

[ Владимир Сорокин: Ценю в опере миф и утопию ]

По Большому. Возможно, первыми зрителями оперы "Дети Розенталя" станут члены Комитета Государственной думы по культуре

Итоги / Вторник 08 марта 2005
В Большом снова скандал. По предложению депутата Сергея Неверова Госдума поручила своему Комитету по культуре "проверить информацию о постановке на Новой сцене Большого театра оперы на либретто писателя Владимира Сорокина". В поддержку такого решения выступили 293 депутата, против проголосовали 12. Похоже, это чуть ли не первый случай в истории мирового театра, когда опера становится известна по имени либреттиста. Даже немного обидно за других весьма достойных создателей "Детей Розенталя" - композитора Леонида Десятникова и режиссера Эймунтаса Някрошюса. Однако именно лишенный презумпции невиновности Владимир Сорокин (премьера оперы - только 23 марта) оказался в ответе за коллективный труд.
- Владимир Георгиевич, вы ожидали такой реакции на свою будущую премьеру?
- На самом деле я ждал какого-то скандала, но внутренне все-таки хотел, чтобы его не было: ни я, ни Десятников не нуждаемся в черном пиаре.
- Как вы считаете, это личное мнение депутата Неверова или за ним кто-то стоит?
- Не хотелось бы в этом разбираться и строить догадки: кто инициатор, а кто вдохновитель. То, что происходит, это непрофессионально, грубо и невежественно. Не читая либретто, объявлять его пошлостью и порнографией - это и есть порнография. Это еще раз показывает культурный уровень наших депутатов. Но меня радует, что все-таки двенадцать человек голосовали против. Значит, не все еще потеряно.
- Бороться собираетесь?
- Думаю, наше дело правое, и мы победим. Люди вменяемые, когда поближе познакомятся с этой оперой, поймут, какую глупость выдала Госдума. Она только лишний раз скомпрометировала себя этим голосованием.
- Вас вообще трогает такое внимание со стороны властей и примкнувшей к ним общественности? Или уже привыкли?
- Было одно горячее лето, когда я не мог работать из-за неприятной шумихи, связанной с моим именем. И уехал на север, в лес. К счастью, вся грязная пена довольно быстро сошла на нет.
- Вряд ли нынешняя сойдет столь же быстро. Все-таки на святое замахнулись. Кстати, в вашем романе "Голубое сало" партер Большого театра заливает фекалиями... Что ж так жестоко?
- Это было давно... Одно время я испытывал разочарование в том, что делает Большой театр, и это отразилось в тексте.
- Сегодня разочарование преодолено?
- Одно то, что нынешнее руководство театра пошло на такой эксперимент, пригласило нас с Десятниковым к сотрудничеству, свидетельствует о том, что театр обновляется. Ну и дай бог!
- Как все-таки вас угораздило стать либреттистом?
- Года три назад руководство Большого театра решило заказать композитору Десятникову современную оперу. Десятников - очень талантливый человек, я давно его люблю, мы работали вместе над фильмом "Москва". В музыке он делает приблизительно то же, что я в литературе. И к классике относится столь же трепетно, но не как к мертвому - музейным вазам, которые переставляешь из одного шкафа в другой, - а как к живым стихиям.
Леонид предложил мне подумать над этим проектом, и спустя некоторое время я изложил ему концепцию "Детей Розенталя". Был некий человек, который изобрел клонирование и клонировал великих композиторов. Наполовину еврей, он бежал из Германии и обосновался в России, где и воспитал своих дублей как родных детей. Когда Розенталь умер, а инкубатор-СССР рухнул, композиторы оказались на улице... Десятникову идея понравилась, ее одобрили директор Большого театра Анатолий Иксанов и главный дирижер Александр Ведерников. В директорском кабинете Большого, который помнит еще Жданова, мы подписали договор.
- Подобающий трепет ощутили?
- Если честно, больше всего мне запомнился хрустальный лебедь, стоявший на ампирном столе, на котором мы подписывали бумаги. А трепет я действительно испытал. Все-таки, согласитесь, Большой театр - это брэнд. С другой стороны, я понимал, что мы не бедные родственники и принесли в театр очень неслабую вещь. Которая может как-то помочь репертуару, ведь не секрет, что с оперой в Большом не все гладко.
- Большой театр для вас только брэнд или нечто личное? Одно время вас частенько можно было увидеть в его партере...
- Рожденному в музыкальной семье трудно оценивать Большой. Так же как москвичу невозможно трезво взглянуть, скажем, на Кремль. Детский поход на Плисецкую в "Лебедином" создает тот самый миф, который не позволяет адекватно судить о происходящем. Но я заставлял себя многое увидеть по-новому: еще в 70-е годы в этом театре выпускались спектакли, которые разочаровывали и вызывали сочувствие. Начиная с конца 70-х я вообще перестал ходить в московские театры - везде одна рутина. Но сегодня, поездив по миру, побывав в самых разных оперных театрах, я вновь сумел увидеть Большой. По-новому. Сегодня в его стенах можно наблюдать некие положительные тенденции, сдвиги и прорывы, и это не может не радовать. Если наша опера удастся, я буду счастлив помочь Большому театру. В детстве каждое посещение Большого превращалось в маленький новогодний праздник. Надеюсь испытать то же чувство на премьере.
- Вы вообще поклонник оперы?
- Не могу сказать, что я оперный меломан. Но оперу любил всегда, и сильнее, чем драматический театр. Умом я понимаю, что этот громоздкий жанр имеет несколько музейный привкус. Но меня это нисколько не раздражает. Прямо как "Роллс-Ройс" - машина, конечно, старомодная, но ведь вещь!
- Жизнь в Германии должна была приучить вас и к современным операм.
- Да уж. Я очень болезненно отношусь к современной сценографии. А немцы борются с Вагнером методом переодевания: Зигфрида, например, в костюм панка, Брунгильду - в наряд садо-мазо. Я же, напротив, ценю в опере миф и утопию.
- Но, поселяя своих героев в современность, вы тем самым отказываете им в праве на миф.
- Напротив, я создаю новый миф. Это никакая не деконструкция, никакой не постмодернизм, напротив, - попытка создания новой мифологии. Наша опера начинается в духе Вагнера, течет через чувственность Чайковского, через народность Мусоргского и завершается человечностью Верди и трогательностью Моцарта. В результате получается очень человеческая история со своей метафизикой. Думаю, над "Детьми Розенталя" будет пролито немало слез. Вы вот музыку уже слышали?
- Только фрагменты.
- Замечательная музыка. Я лично дважды прослезился. Я писал "Детей Розенталя" с воодушевлением. Несколько раз мне сильно помог Десятников: в таком тексте очень важна интонация, и, если я сбивался, Леонид меня корректировал. Как-то он даже сказал: "Володя, я бы хотел, чтобы то, что вы пишете, оказалось не хуже "Голубого сала". Но по большому счету писалось все-таки легко: я ведь прикоснулся к действительно новому для себя жанру. Кстати говоря, не помню другого подобного опыта и у других авторов: когда в одной вещи объединены пять композиторских индивидуальностей.
- Финансовая сторона проекта вас не разочаровала?
- Честно говоря, меня она не волновала. Не секрет, что по европейским меркам наши гонорары символические. Но мне действительно хотелось сделать эту вещь, добиться, чтобы она звучала качественно и прожила долго.
- Не задумывались над тем, чтобы написать либретто для балета?
- Пока нет импульса. Либретто для балета - тема провокационная: она предполагает только сюжет, а не детальное развитие его в каждом слове. Хотя в нашей опере тоже есть балетный кусок. Посмотрим, как решит эту сцену Някрошюс.
- Вы следите за репетициями?
- Нет, собираюсь пойти уже на предпремьерный показ. Я романтик и не люблю копаться во внутренностях...
- Опера для вас завершается на бумаге, в партитуре или лишь получив сценическое воплощение?
- Наверное, это все-таки то, что можно услышать в театре. Потому что опера - это, в общем, некий синкретический жанр, включающий сильный визуальный компонент. В опере очень важны виднеющийся оркестр, хор, лысины и боа партера, пылинки в лучах прожектора, скрип туфелек примадонны, шампанское в антракте...
- Дрессированные гарсоны.
- Не обязательно. А обязательны крики "Браво!" под занавес.

Современные русские композиторы: Леонид Десятников
Облако тегов:
IATC, Антисобытие года, АРТ Корпорейшн, Беларусь, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, Дальний Восток, Евгений Миронов, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Константин Райкин, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Никитинский театр, Новосибирск, новые члены АТК, Ольга Любимова, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Реальный театр, режиссер, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Сергей Левицкий, Серебренников, следственный комитет, Событие года, солидарность, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театр Современник, ТЕАТР., Театральная Школа Константина Райкина, театральные СМИ, ТЮЗ, Украина, фестиваль, хроника, цензура, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера, Якутия IATC, Антисобытие года, АРТ Корпорейшн, Беларусь, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, Дальний Восток, Евгений Миронов, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Константин Райкин, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Никитинский театр, Новосибирск, новые члены АТК, Ольга Любимова, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Реальный театр, режиссер, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Сергей Левицкий, Серебренников, следственный комитет, Событие года, солидарность, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театр Современник, ТЕАТР., Театральная Школа Константина Райкина, театральные СМИ, ТЮЗ, Украина, фестиваль, хроника, цензура, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера, Якутия
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Ассоциация музыкальных критиков