Облако тегов:
Антисобытие года, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, заявление, Золотая маска, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, Новосибирск, новые члены АТК, Открытое письмо, письмо, премия АТК, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, следственный комитет, Событие года, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театральные СМИ, фестиваль, хроника, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, режиссера
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Театральная критика

После Рихтера

Официально фестиваль, проходящий в Пушкинском музее, называется "Декабрьские вечера Святослава Рихтера". Название громоздкое и дезориентирующее: спустя три года после смерти своего основателя фестиваль уже исчерпал рихтеровские репертуарно-тематические заготовки и живет сегодняшним днем. И все же в этом названии есть смысл: почти каждый концерт заставляет мысленно возвращаться к Рихтеру как к точке отсчета.

Известия / Суббота 16 декабря 2000
Среди участников фестиваля есть непосредственные партнеры Рихтера -- например, певец Петер Шрайер, открывавший фестиваль. Но уж как, казалось бы, далек от рихтеровского пианизма британский контратенор Майкл Чанс, поющий под лютню, однако и он косвенно связан с Рихтером через музыку Бенджамина Бриттена, без которого, вероятно, не развелось бы в Британии столько превосходных контратеноров.
Новые участники "Декабрьских вечеров", супружеская пара Хартмут Хелль и Мицуко Ширай, тоже попали в рихтеровский контекст -- через песни Гуго Вольфа и воспоминания о том, как Рихтер исполнял их в ансамбле с Дитрихом Фишером-Дискау. То был прорыв, ведь ранее песни Вольфа, путаные, сложные и больше похожие на стихотворения, положенные на музыку, рисковала петь лишь отважная Зара Долуханова. Благодаря Рихтеру и Фишеру мы узнали настоящего немецкого Вольфа, усилиями которого шубертовская песенная традиция дошла до крайнего субъективизма и самоуничтожения. В те же годы постоянным партнером Фишера был и Хартмут Хелль; его дуэт с певицей японского происхождения Мицуко Ширай -- другая ветвь той же культуры, обогащенная привкусом азиатской эзотерики. Если Фишер порой подавлял партнеров (на это скупо жаловался Рихтер), то дуэт Ширай--Хелль -- образец идеальной гармонии, в которой тон задает пианист. Игра Хелля, утонченная, нервная, совершенная по звуку и мастерству, руководила сюжетом песен, в то время как голос Мицуко Ширай, чуть стертый (певица выступает уже около тридцати лет), но послушный языку, фразе и интонации, вписывал свою строчку в общий узор. Программа песен Вольфа была столь разнообразна -- от смешного "Крысолова" до метафизической Песни Миньоны на слова Гете -- и самодостаточна, что вряд ли стоило разбавлять ее выступлением струнного "Аурин-квартета", изящно сыгравшего Итальянскую серенаду Вольфа, но дурно и неряшливо исполнившего четырехчастный ре-минорный Квартет.
Фортепианную игру высокого класса показал и постоянный участник фестиваля Михаил Плетнев. Не склонный размениваться на бисы и поклоны, он отыграл капитальную программу из Моцарта и Бетховена и удалился таким же замкнутым, каким пришел. Сознательно или нет, программа была выбрана рихтеровская (15-я и 32-я сонаты Бетховена, до- и соль-мажорные Моцарта; не поручусь только за редкое моцартовское Адажио си минор). Раньше лишь немногие согласны были увидеть в Плетневе пианиста, идущего Рихтеру на смену: теперь он завоевывает все больший авторитет. Рихтер находил в Моцарте и Бетховене высокий стоицизм, к которому приобщал слушателя. Плетнев ходит около тех же высот, но в одиночестве. Однако его манера цедить музыку сквозь зубы не лишена значительности; его продуманное и отрефлектированное исполнение выявляет внутренние связи далеких частей программы (например, в Моцарте -- медленных); к тому же Плетнев играет теперь все крупнее и проще, все менее манерно и местами, если вслушаться, искренне увлеченно.
Увы, португальская пианистка Мария Жоао Пиреш заболела и на фестивале не выступила; но на очереди -- старый знакомый Олег Майзенберг, а на горизонте -- молодое дарование из Франции Джонатан Гилад. До конца века мы еще кое-что узнаем о пострихтеровском пианизме.
ПОДПИСЬ:
Мицуко Ширай и Хартмут Хелль покорили публику ансамблевой гармонией
Облако тегов:
Антисобытие года, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, заявление, Золотая маска, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, Новосибирск, новые члены АТК, Открытое письмо, письмо, премия АТК, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, следственный комитет, Событие года, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театральные СМИ, фестиваль, хроника, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, режиссера Антисобытие года, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, заявление, Золотая маска, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, Новосибирск, новые члены АТК, Открытое письмо, письмо, премия АТК, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, следственный комитет, Событие года, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театральные СМИ, фестиваль, хроника, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, режиссера
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Ассоциация музыкальных критиков