Облако тегов:
Антисобытие года, АРТ Корпорейшн, Беларусь, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, Дальний Восток, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Новосибирск, новые члены АТК, Ольга Любимова, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Реальный театр, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Серебренников, следственный комитет, Событие года, солидарность, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театр Современник, театральные СМИ, фестиваль, хроника, цензура, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера, Якутия
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Театральная критика

Бревно и два аккорда

Спектакли фестиваля "Золотая маска": Някрошюс, Кобекин/Черняков, Баганова, Ратманский

Известия / Четверг 23 марта 2000
Диву даешься: оперная публика валит в драму, люди драматического театра выгадывают вечера ради оперы или балета, балетные радостно обсуждают кукольный спектакль. Выходит, фестиваль "Золотая маска" и впрямь объединил современный отечественный театр, на две недели смешав все его виды и повернув их друг к другу.
Не знаю, предвидел ли это, к примеру, Эймунтас Някрошюс. У драматических критиков, наверное, есть свои причины считать его "Макбета" великим спектаклем. В таком случае два компонента этого величия -- бревно и фонограмма. Бревно всю дорогу мерно качается взад-вперед на заднем плане, то обсиживаясь ведьмами, а то и само по себе. Так же мерно в фонограмме всю дорогу меняются два аккорда в красиво выстроенном синтезаторном звучании: иногда музыка (композитор -- Фаустас Латенас) чуть разнообразится, но затем рука звукооператора делает обратное движение и два аккорда вновь надолго воцаряются. Бревно и два аккорда друг другу идеально подходят, как вечный ход маятника и вечный шум прибоя. Видимо, так и нужно их воспринимать -- как вечный фон, на котором творятся кровавые события. Я не специалист по бревнам, а вот два аккорда превратились для меня в пытку. Весь спектакль я, как маньяк, отмечал в уме: тоника -- мажорная субдоминанта -- тоника -- сейчас опять будет мажорная субдоминанта... так и есть, она. По сравнению с великим режиссером Някрошюсом Макбет и его коварная половина казались ангелами -- со своими жертвами они расправлялись быстро.
Думаю, что для коллег из мира драмы в равной мере не подарком стала опера "Молодой Давид": представьте себе спектакль, где все строится на музыкальной разметке пространства -- певцы--актеры являются лишь фигурками в непрерывном мелодическом ритуале, который задается архаическим узором оркестра на краю сцены и поэтическим комментарием хора, расположенного за спинами зрителей. Музыка Владимира Кобекина, написанная на библейское либретто Алексея Парина, изощрена (тут не два аккорда), программно статична и живет непрерывным броуновским движением внутри хитроумно заданных ладовых траекторий. Режиссура Дмитрия Чернякова вслушивается в музыку и добывает подобную красоту из воздуха, света и мизансцен. Эстетика спектакля, как и музыки, предельно досказана и герметична; подобная работа -- честь Новосибирску, откуда приехала постановка. И все же на столичной сцене она кажется вялой: то ли чуть-чуть сдвинуты исходные компоненты (в Новосибирске, свидетельствую, пространство и звук играли лучше), то ли дирижер Алексей Людмилин слегка "вез", то ли, что скорее всего, "Молодому Давиду" идет провинциальный ритм (неважно, сибирского или немецкого города), а столичной агрессии самоутверждения он блаженно сторонится.
Между тем на фестивале есть целый ряд работ из провинции, где главное -- как раз молодой напор. Речь идет о спектаклях в номинации "Современный танец", впервые учрежденной "Маской" в этом году. Столицы тоже отметились в этой номинации, но вряд ли к своей выгоде: пустоватый и затянутый спектакль "Откуда и куда" (камерный балет "Москва"), поставленный китайским хореографом на плохую китайскую электронную музыку (два литовских аккорда и то лучше), попал в афишу по недосмотру отборщиков, как и претенциозно беспомощный "Играющий мальчик" питерской труппы "Диклон". Из провинции приехали опусы куда более состоятельные, и прежде всего "Свадебка" на музыку Стравинского Татьяны Багановой (Екатеринбург). Правда, критики танца досадуют, что к московскому показу Баганова попортила свой спектакль, закрыв лица танцовщиков белыми марлечками; все вышли на одно лицо, и стало видно, что ее спектакль -- набор отдельных удачно придуманных движений, механически сложенных друг с другом. Это все равно прорыв в новом для России виде искусства -- провинция демонстрирует свою могучую самостоятельность. Но объявлять ее новым словом в искусстве пока рановато. Работа Багановой, как и ее челябинской коллеги Ольги Поны, тормозит на полдороги: это уже не та новая хореография, где интуитивно осознает себя освобожденное тело, и еще не та, где новая лексика дорастает до развитого авторского языка. Особенно это чувствуется в сравнении с чистым классическим балетом, преподнесшим фестивалю пример уверенного и современного авторского мышления.
Алексей Ратманский -- наверное, счастливый пример молодого хореографа, который получил возможность воплотить свои фантазии силами готовой первоклассной труппы -- балета Мариинского театра. И пусть в Москву приехал не первый состав, я согласен с теми, кто считает, что это только выявило качества хореографии. В трех своих работах, составивших цельный вечер, Ратманский проявил виртуозную изобретательность, свободно жонглируя элементами классического танца, простодушной пантомимой и современной пространственной комбинаторикой, подвластной поистине шахматной быстроте ума хореографа. В балетах Ратманского все легко, красиво, весело, иногда печально и глубоко. Снежинки в "Поцелуе феи" Стравинского выглядят компанией модных сегодняшних молодых людей, которые веселятся и играют, но почему-то, что самое трогательное, помнят важные человеческие вещи. Благодаря им что-то начинает понимать и деревенский балбес, в детстве поцелованный феей. Ничего не скажешь, это столичный взгляд свысока, но такой дружески располагающий, какой только и бывает у успешного, знающего себе цену человека. В "Среднем дуэте" на музыку Юрия Ханона он принимает маску таинственности -- дуэтное интермеццо, наблюдаемое двумя разноцветными ангелами, интимно и очаровательно. В "Поэме экстаза" на музыку Скрябина скорость мысли такая, что не успеваешь следить, -- это не бревну качаться. Скрябин -- не космический, а игровой, футуристически разноцветный. Он сложен, а окончательный вывод прост -- все берутся за руки и смотрят в небо. Не хочется даже ругаться, хотя балетный оркестр Мариинки оставляет желать лучшего. Правда, и играть ему приходится не два аккорда.
ПОДПИСЬ: "Молодой Давид", опера Владимира Кобекина. Новосибирский театр оперы и балета
Облако тегов:
Антисобытие года, АРТ Корпорейшн, Беларусь, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, Дальний Восток, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Новосибирск, новые члены АТК, Ольга Любимова, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Реальный театр, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Серебренников, следственный комитет, Событие года, солидарность, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театр Современник, театральные СМИ, фестиваль, хроника, цензура, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера, Якутия Антисобытие года, АРТ Корпорейшн, Беларусь, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, Дальний Восток, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Новосибирск, новые члены АТК, Ольга Любимова, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Реальный театр, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Серебренников, следственный комитет, Событие года, солидарность, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театр Современник, театральные СМИ, фестиваль, хроника, цензура, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера, Якутия
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Ассоциация музыкальных критиков