Облако тегов:
Антисобытие года, АРТ Корпорейшн, Беларусь, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, Дальний Восток, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Новосибирск, новые члены АТК, Ольга Любимова, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Реальный театр, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Серебренников, следственный комитет, Событие года, солидарность, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театр Современник, театральные СМИ, фестиваль, хроника, цензура, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера, Якутия
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Театральная критика

Родион Щедрин был отдан в жертву Шостаковичу

Фестиваль "Д. Д. Шостакович и мировая музыкальная культура"

КоммерсантЪ / Четверг 10 апреля 1997

Концертом капеллы Валерия Полянского в Большом зале консерватории продолжился фестиваль "Д. Д. Шостакович и мировая музыкальная культура". Главный интерес к событию был вызван тем, что сольную партию в Тринадцатой симфонии исполнял один из лучших русских певцов, выступающих теперь на мировой сцене, -- Сергей Лейферкус.

В отличие, к примеру, от фестиваля Шостаковича, который провел Ростропович в Петербурге, московский фестиваль растянут на целый сезон, а его главный герой почти в каждом концерте соседствует с каким-нибудь другим классиком. На этот раз творческим спутником Шостаковича стал Родион Щедрин.
Щедрин -- один из немногих композиторов, кто, умея быть современным, ухитряется доставить удовольствие и слушателю. Его мастерство и маневренность, баланс между русским и западным могут восхищать -- но лишь в случае хорошего исполнения.
Не случилось. В щедринских "Хороводах" оркестр запутался, как запутались бы в настоящей деревенской хореографии неумелые имитаторы из фольклорного ансамбля. Чуть где ритмика или полифония были посложнее -- становилось жалко композитора, да и себя тоже.
Потом было жалко еще и Мусоргского, чью "Детскую" Щедрин переложил для голоса с оркестром. Надо сказать, что солисты Мариинского театра на московском фестивале больших побед пока не одерживали -- зимний вечер вокальных циклов показал их органическую неприспособленность к камерному пению; осенью чуть больше повезло Четырнадцатой симфонии, прошедшей под добросовестным и точным управлением Владимира Зивы -- да и то о содержании слов Лорки или Аполлинера можно было только догадываться. И вот теперь сопрано Ольга Кондина внесла в эту традицию свою печальную лепту.
То, что она пела по нотам и раз ошиблась со вступлением (что умело обыграла как актриса), -- мелочи. Как и то, что Мусоргский не предполагал никакого Sprechstimme (пения-декламации на условной высоте), и то, что законом своей музыки полагал текст (а, следовательно, предполагается его разборчивость). Хуже то, что голоса певицы не было слышно дальше восьмого ряда партера (я сидел в девятом), а по ее сценическому образу можно было предположить, что исполняется не "Детская" Мусоргского, а "Спокойной ночи, малыши". Оставалось уповать на произведение для взрослых -- Тринадцатую симфонию.
Интересно, что газета "Известия", которая выступает организатором фестиваля (вместе с Минкультом, РТР, агентством "Жар-птица" и компанией "Филип Моррис"), проявляет фантастическую оперативность: рецензию на концерт можно прочесть прямо на следующий день и даже -- поскольку "завтрашний номер" поступает в продажу накануне вечером -- во время концерта. Так, в одном из прошлых слушаний ни один певец еще не вышел на сцену, а мой сосед по ряду уже читал, что все они "блистательно продемонстрировали", а их концертмейстер -- "мастерски вела". Во вчерашнем номере была напечатана статья, озаглавленная "Триумф 'нерекомендованной' симфонии". Тут впередсмотрящие коллеги попали в точку: Тринадцатая прошла с успехом и у публики, и у профессионалов.
В отличие от Щедрина и Мусоргского-Щедрина ее успели подготовить качественно. Рецепт обвальных тутти, правда, оказался знаком (например, ценителям Когана или Ростороповича): дуй и стучи как можно громче. Зато тихие пиано прекрасно выявляли мастерскую шостаковичевскую оркестровку. Хор басов держал марку капеллы Полянского. Но главное -- сольную партию нам преподал певец, без которого на российской сцене давно уже как-то пусто.
Сергей Лейферкус, потрясавший на сцене Мариинки (забыть не могу, каким Рупрехтом он был в "Огненном ангеле"), теперь делает то же самое в "Ковент-Гарден" и "Метрополитен". В отличие от двух других наших прославленных баритонов, Владимира Чернова и Дмитрия Хворостовского, он поет крепким драматическим тембром, из-за чего незаменим в ролях злодеев, ловеласов или, напротив, зрелых рассудительных мужей. Содержание стихов молодого Евтушенко обязало его выступить именно в последнем амплуа.
Кладезь темперамента и аккуратно мыслящий человек, Лейферкус смог профессионально вдохновиться отголосками пафоса 62-го года, когда Шостакович угостил советскую власть комплексным обедом из евреев, страхов и тяжелых сумок в женских руках. Стихи Евтушенко, не возразишь, ловкие, но если в начале (где поется про Бабий Яр и антисемитов) они еще благородны и патетичны, то в финале становятся такими дурацкими, что грозят осрамить и доверившегося им композитора. Представьте себе, что симфония, самый возвышенно-обобщенный в музыке жанр, посвящает свой финал тому, что поучает граждан презирать мелко понятый карьеризм.
Однако ж музыка знай делает свое дело. Мой коллега из петербургской газеты "Час пик" Борис Филановский как-то написал в том духе, что чем хуже выдаются стихи, тем больше хорошеет музыка. Очевидно, это же заметил и Сергей Лейферкус -- он спел все лучшее, что написал композитор. Загвоздка была в том, что партия написана все же не для баритона, а для баса -- и хотя трудностей с диапазоном у Лейферкуса не было никаких, сдвиг по шкале между голосом и партией иногда оборачивался невыразительностью низов и смещением центра тяжести в вокальных линиях.
Конечно, если считать от Лейферкуса, то лучше бы он спел монолог Яго или куплеты Эскамильо -- но смиримся с тем, что на сегодняшний день Шостакович важнее. Если считать, кому больше хлопали, то аплодисментами наградили не только певших и игравших, но и одну из просто слушавших -- Майю Плисецкую.
Облако тегов:
Антисобытие года, АРТ Корпорейшн, Беларусь, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, Дальний Восток, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Новосибирск, новые члены АТК, Ольга Любимова, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Реальный театр, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Серебренников, следственный комитет, Событие года, солидарность, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театр Современник, театральные СМИ, фестиваль, хроника, цензура, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера, Якутия Антисобытие года, АРТ Корпорейшн, Беларусь, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, гранты, Дальний Восток, заявление, Золотая маска, Кибовский, Кирилл Серебренников, Комсомольск-на-Амуре, Координационная группа, лекция, Министерство культуры, Минкульт, московский Департамент культуры, Новосибирск, новые члены АТК, Ольга Любимова, Открытое письмо, письмо, Полицейское насилие, премия, премия АТК, Просветительская деятельность, Протесты, Реальный театр, Санкт-Петербург, Седьмая студия, Сергей Афанасьев, Серебренников, следственный комитет, Событие года, солидарность, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, суд, театр Современник, театральные СМИ, фестиваль, хроника, цензура, Человек года, чувства верующих, Школа театрального блогера, экспертиза, Юлия Цветкова, Юлия Цветкова, режиссера, Якутия
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Ассоциация музыкальных критиков