Облако тегов:
Антисобытие года, ГИТИС, Гоголь-центр, голосование, Золотая маска, Кирилл Серебренников, Координационная группа, лекция, Минкульт, новые члены АТК, письмо, премия АТК, Седьмая студия, следственный комитет, Софья Апфельбаум, Спектакль года, СТД, фестиваль, хроника, Человек года, чувства верующих, экспертиза
Журнал "Театр"

Петербургский театральный журнал

Музыкальная критика

Современные русские композиторы

Театральная критика

Новый космополитизм в Театре оперетты

В понедельник в Театре оперетты прошел гала-концерт "Нина Ананиашвили и звезды балета" с участием знаменитой балерины Большого и избранных ею солистов крупнейших театров мира: парижской Оперы, Датского королевского балета, Мариинского и Немецкой оперы на Рейне. Рассказывает ПАВЕЛ ГЕРШЕНЗОН.

КоммерсантЪ / Среда 06 апреля 1994
Пресс-конференции, посвященные крупному художественному событию, проводятся обычно прежде, чем оно произойдет. После -- пишутся рецензии. Но в случае с гала-концертом было бы неплохо провести встречу с журналистами еще раз. Тем более, что некоторые вопросы уже приготовлены:
Почему гала-концерт представлял директор Датского королевского балета, а не директор танца парижской Оперы, например? Нам предлагали вечер хореографа Бурнонвиля? Но антрактный занавес провозглашал -- Les Saisons Russes.
Зачем нам снова показали безграмотные живописные штудии на тему "Александр Головин и мы", с успехом себя (а заодно и Головина, и Бенуа, и Бакста) дискредитировавшие еще год назад на пресловутых балет-абендах "Русских сезонов"?
Почему Андрис Лиепа -- чуть ли не единственный хранитель фокинского хореографического наследия в России (так он считает) -- в финале дуэта из "Жар-птицы" спрятал за пазуху добытое в головоломном хореографическом состязании птичье перо так, будто случайно нашел энную сумму долларов, хотя известно, что в 1910 году в Париже, где состоялась фокинская премьера, в обращении были франки?
Почему солист Немецкой оперы на Рейне Вадим Писарев показывает сочинение хореографа Лавровского, а не что-нибудь менее известное в Москве, например, что-то из репертуара этой самой Оперы на Рейне? Чтобы продемонстрировать свою танцевальную форму? -- Она неплохая, и мы это знаем.
Неужели в "Спящей красавице" нет ничего, кроме Pas de deux из III акта -- единственного на все случаи жизни, в любых географических, климатических и политических условиях?
Зачем снова и снова танцевать (Нина Ананиашвили в паре с Юрием Посоховым делали это чисто, прелестно, эффектно) концертный экстракт, именуемый "второй акт `Сильфиды`"? Зачем разрывать конструкцию этого шедевра Августа Бурнонвиля, выпуская сложнейшее раннеромантическое Pas de deux, в котором чудом сохранилась и стилистика преромантического балетного театра? Зачем приучать к этому кастрированному варианту не только малоинформированную часть публики, но и вполне информированных артистов тех балетных театров, где "Сильфида" все еще идет в полной редакции?
И, наконец, что означает финальное "дефиле" под названием "Дон-Кихот", собравшее всех участников этого квазидивертисмента? Решенное в стиле цирковых парадов-алле и эстетике видеоклипов, оно демонстрировало сразу все: и некоего всеобщего "Дон-Кихота", и некое всеобщее Grand pas; стандартные технические козыри примадонн и "гимнастический академизм" премьеров в придачу с их до этого момента удачно скрытыми изъянами; всеобщий метафизический ballet russe, и то, что, сегодня с определенностью можно обозначить, как "новый космополитизм" -- новейший исполнительский гибрид, странное отсутствие (или нежелание) конкретного места и конкретного времени.
P. S. Элизабет Платель и Николя Ле Риш танцевали Pas de Deux из "Щелкунчика" в никому не известной редакции (в кулуарах выяснилось, что это "широко известная на Западе как каноническая Льва Иванова") и танцевали так, что позволительно быть пристрастным. Это можно смотреть в любом контексте, на любой сцене, в любой редакции. Они показывают не природные данные и не премьерские амбиции, но портрет парижской Школы, с ее галльской точностью, с ее шиком и шармом, музыкальностью и безусловной артистической породой.